Encyclopaedia Fennica

Суомуссалми

Назад: Раатская дорога. Памятники и история

Далее: Коккола. Город


Суомуссалми (Suomussalmi) — сельский муниципалитет (муниципальный район) в Восточной Финляндии, в области Кайнуу (Kainuu). Кайнуу — это отдаленный редконаселенный край глухих лесов, а Суомуссалми — вероятно, самый отдаленный и глухой угол Кайнуу. По площади это весьма обширный район, 5858 кв. км — 9-й по размерам муниципалитет в Финляндии. Но население его очень скромное, около 7700 чел, так что плотность населения выходит всего 1.45 чел./кв. км.

Суомуссалми больше всего известен как место крупных сражений Зимней войны 1939-1940: битва при Суомуссалми, где советская дивизия сумела занять село Суомуссалми, но была оттуда изгнана обратно, и битва на Раатской дороге, где другая советская дивизия, идущая на помощь к первой, была окружена и почти уничтожена на маленькой лесной дороге. Про эти битвы и посвященные им памятники я как раз написал в предыдущем посте. Но есть ли в Суомуссалми еще что-нибудь интересное? Конечно, есть! В основном просто природа, но есть и кое-какие рукотворные достопримечательности, и многие из них связаны с землей, находящейся совсем недалеко за границей — Беломорской Карелией.

Эти места были глухим приграничьем на протяжении всей своей истории. Истоки крупных рек, текущих в Ботнический залив (Оулуйоки и Иийоки) встречаются с истоками рек, текущих в Белое море в российской Карелии, и здесь обнаружено немало следов доисторического населения. Самый известный след — наскальные рисунки Вярикаллио из каменного века, но есть, к примеру, и археологические находки эпохи викингов. Тем не менее, в исторический период эти земли были заселены вновь довольно поздно. По Ореховскому договору 1323 года, впервые установившему границу между Швецией и Россией (тогда еще Новгородом), теоретически это была русская территория, но на практике граница здесь на севере была определена плохо, а Швеция способствовала переселению своих финских крестьян на спорные земли, чтобы закрепиться на них. Значительная часть Восточной Финляндии была заселена таким манером во времена короля Густава I Васы (правил в 1523-1560), но в Суомуссалми первые поселенцы появились только во времена Карла IX (правил в 1599-1611). На современном гербе Суомуссалми показаны четыре «дыма», первые четыре дома деревни Суомуссалми (изначально называвшейся Кианта), по состоянию на 1604 год. Местные крестьяне были пришедшими с юга савонцами, практиковавшими подсечно-огневое земледелие, что оставалось нормой в Восточной Финляндии до самого 20 века. Тявзинский договор 1595 года таки закрепил принадлежность этих земель Швеции.

Жизнь в Суомуссалми никогда не была особенно легкой. Это глухие места с суровым климатом; Полярный круг проходит менее чем в 200 км на север, а расположение в глубине материка делает зимы куда холоднее, чем, к примеру, в городе Оулу на той же широте на берегу Ботнического залива — а и Оулу-то по финским меркам довольно холодное место. До современной эпохи неурожаи и эпидемии прореживали население с невеселой регулярностью. Чуть больше жизни в Суомуссалми впервые принес Эммянский железоделательный завод (Ämmän ruukki), действовавший в 1841-1878 на крупных порогах Эммякоски (Ämmäkoski, фин. Бабкины пороги) реки Эмяйоки (Emäjoki, фин. Мать-река) на местной озерной руде. Он принес определенную меру благополучия в этот край, несмотря на то, что он находился так далеко от цивилизации, что его продукцию зимой приходилось вывозить на оленях.

Как и большая часть Кайнуу, Суомуссалми в 19 веке также стал одним из важнейших центров производства дегтя в Финляндии. Сосновый деготь, необходимый прежде всего для деревянного судостроения, в те времена был финским экспортом столь же ценным, как сейчас в иных странах нефть. В Финляндии были сосновые леса, идеально подходящие для выгонки дегтя, и, что важнее, этих лесов было много, особенно на севере, в то время как континентальная Европа свои леса в основном уничтожила. Деготь перевозили на лодках по Оулуйоки (Oulujoki), великой дегтярной реке, в портовый город Оулу. Хотя к 20 веку крупные суда уже строили из железа, а не дерева, деготь оставался важным продуктом еще довольно долго, и производство его зачахло лишь ко временам Второй мировой не из-за недостатка спроса, а из-за того, что другой продукцией лесной промышленности торговать стало выгоднее. Лесная промышленность, вероятно, и поныне для экономики Суомуссалми в целом важнее всего, но есть и другие производства; крупнейший частный работодатель — электронный завод американской компании Kemet, производящий конденсаторы. Даже удивительно немного, что в наши дни простые массовые электронные компоненты до сих пор производятся не в Азии, а в Западной стране, да еще и не где-то, а именно в Суомуссалми. Еще, к примеру, тут действует одна из двух фабрик компании Tulikivi, производящей печи и камины из финского природного камня.

На востоке, за границей, лежит Беломорская Карелия, северная часть Восточной (российской) Карелии, такой же редконаселенной, как и Суомуссалми и Кайнуу. В Финляндии она зовется Vienan Karjala или просто Viena, Виена — от реки Северная Двина, устье которой на Белом море считалось восточной границей региона (хотя сейчас границы Республики Карелия до нее не доходят); да и само Белое море финны зовут Vienanmeri, Двинским морем. Эта земля будоражила умы финнов с 19 века, а то и раньше. Карелы, в принципе, являются одной из ветвей финского народа; три изначальных финских племени — это собственно финны (суоми, сумь), тавасты (хяме, емь) и карелы (карьяла, корела). В отличие от первых двух, однако, карелы, распространившиеся на север со своей исконной земли, Карельского перешейка (на нем самом не живя века этак с 17), разделены на западную и восточную ветвь вот уже этак с тысячелетие. Западные карелы жили в Финляндии сначала в шведскую эпоху, потом во времена российской автономии, и сейчас при независимой Финляндии; хотя значительная часть их земель была утрачена Финляндией в войну, в стране все еще остаются области Южная и Северная Карелия с центрами в городах Лаппеенранта и Йоэнсуу соответственно. Как и другие финские субэтносы, западные карелы со временем прилично перемешались с другими финнами, и за пределами Финляндии их карелами обычно не зовут. Восточные карелы были подданными Новгорода, а затем Москвы; они исповедовали православную веру вместо западной католической (и позже лютеранской), и их язык (включающий в себя несколько существенно различающихся диалектов) существенно отошел от финского. Является ли карельский язык отдельным от финского языком — вопрос все же скорее политический; в Финляндии до относительно недавних времен его считали диалектом финского (в котором в принципе и так особенно раньше было множество различных диалектов, носителям которых могло быть непросто понять друг друга).

Тем не менее, восточные карелы остаются народом, культурно наиболее близким к финнам, и особенно это касается беломорских карел. Беломорско-карельский язык (точнее «собственно карельское наречие» карельского языка) — ближайший живой родственник финского. Носители собственно карельского наречия и финского языка могут понимать друг друга совершенно без труда. Исторически у беломорских карел были довольно тесные связи с Финляндией — например, в виде бродячих карельских торговцев-коробейников, совершавших ежегодные походы в Финляндию. А еще это самая отдаленная и наименее затронутая цивилизацией часть Карелии, к тому же православная церковь усердствовала в свое время с искоренением старых языческих верований куда меньше, чем католическая/лютеранская. Так что неудивительно, что финны стали считать Беломорскую Карелию чем-то вроде идеализированной Финляндии, нетронутой цивилизацией, где люди все еще жили, как в старые добрые времена. Наиболее известно, конечно, как Элиас Лённрот (Elias Lönnrot, 1802-1884), увлекавшийся народной словесностью сельский врач в Кайнуу, сделал ряд поездок в Беломорскую Карелию, записывая там сохранившиеся в народной памяти руны — форму финской народной поэзии. Из них он скомпоновал «Калевалу» (Kalevala), поэму, считающуюся поныне главным финским национальным эпосом, несмотря на то, что она, собственно, родом из Карелии. Конечно, верования и сказания, на которых основана «Калевала», очень старые и уходят корнями в предысторию, во времена до разделения финских народов. «Калевала» — не единственная такая работа; Лённрот выпустил также «Кантелетар» (Kanteletar), собрание рун без общего сюжета и без авторской отсебятины. Эти руны были на самом деле в основном собраны уже в финской Карелии. В 20 веке была выпущена работа «Старые руны финского народа» (Suomen kansan vanhat runot), собрание около 100 тыс. рун в 33 томах, содержащее большую часть когда-либо записанных рун.

Рунопевцы и руны — конечно, не единственная карельская традиция, которой интересовались финны. До провозглашения независимости Финляндией и закрытия границ в эти края ездило множество известных финских художников и писателей, чтобы почерпнуть вдохновения. Ну и неудивительно, что, когда граница таки закрылась, в Финляндии нашлось немало людей, которые считали, что нечестно, что Карелия осталась теперь в совершенно другой чужой стране. Карелия и особенно Беломорская Карелия были главными целями попыток строительства Великой Финляндии (Suur-Suomi), предпринимавшихся вооруженными добровольцами в 1918-1922 и позже в Войне-Продолжении в 1941-1944. Но, справедливости ради, даже в эти годы такие идеи не были всеобщими и даже особо популярными; финны народ практичный, и в массе своей такими прожектами их увлечь сложно. В любом случае после падения СССР граница более или менее открылась вновь, и сотрудничество и туризм между двумя сторонами границы стали возможны.

Так что давайте посмотрим на различные места в Суомуссалми, включая муниципальный центр, карельские деревни Куйваярви и Хиетаярви, и национальный парк Хосса. Я это все попытался на карте нарисовать, но вышло некрасиво, так что не буду показывать.

1. Наиболее посещаемая достопримечательность Суомуссалми — это, почти уверен, «Тихий народ» (Hiljanen kansa), произведение искусства 1994 года, созданное Рейо Келой (Reijo Kela, 1952-), местным танцором и деятелем перформанс-арта. Эта работа попросту стоит прямо у Национальной трассы 5, главной автодороги в этих местах, идущей на юг на Хюрюнсалми и Каяани (и дальше до самого Хельсинки), и на Куусамо на север; туристам, едущим на север в Куусамо или Восточную Лапландию (места, с точки зрения туризма куда более развитые, чем сам Суомуссалми), довольно сложно пропустить поле с пугалами. Всего таких пугал в поле стоит несколько сотен (почему-то общего плана у меня нет), одежда на ветру развевается, в общем, жутковато и запоминается.

2. Ну, а муниципальный центр Суомуссалми, поселок, также называемый Эммянсаари (Ämmänsaari, фин. Бабкин остров), большинство людей видит лишь как несколько заправок и магазинов типа этого у Национальной трассы 5, проходящей между центром поселка и озером Киантаярви. Более старый муниципальный центр — так называемое церковное село Суомуссалми (Suomussalmen kirkonkylä), не очень далеко отсюда, напротив через озеро. Но оно было полностью уничтожено в войну (см. пост про Раатскую дорогу), и после этого утратило значение по сравнению с чуть более удобно расположенным Эммянсаари.

3. Озеро Киантаярви (Kiantajärvi) в Эммянсаари. На маленьком теплоходике «Кианта» летом можно съездить на экскурсию по озеру до места, где когда-то была Турьянлинна (Turjanlinna), усадьба самого известного местного писателя, Илмари Кианто (Ilmari Kianto, 1874-1970). Рядом маленькая лодочная гавань. Киантаярви — большое озеро, площадью 191 кв. км и длиной до 45 км, типичной для Финляндии неправильной формы — нагромождение длинных узких проливов. Это 23-е озеро Финляндии по площади. Но его сток, Эмяйоки, сразу запирает плотина ГЭС, так что особо из него никуда не уплывешь; озеро используется только для прогулочного судоходства. Другое крупное озеро в Суомуссалми — Вуоккиярви (Vuokkijärvi), вытянувшееся на 30 км от Эммянсаари до российской границы. Государственная граница здесь примерно следует водоразделу между бассейнами Балтийского и Белого моря, зовущемуся Маанселькя (Maanselkä, фин. Земная гряда). Так что в отличие от Куусамо или финской Северной Карелии, текущих в сторону России рек тут нет. Маанселькя в Суомуссалми на местности не выделяется, никакого горного кряжа или хотя бы цепочки заметных холмов тут нет; вообще в Суомуссалми, в отличие опять же от Куусамо, рельеф довольно плоский.

4. Река Эмяйоки вытекает из Киантаярви двумя протоками, сливающимися невдалеке и образующими таким образом остров где-то 2×0.7 км, который и зовется Эммянсаари. На берегах западной протоки, Ялонкоски, разбит местный парк. Эта протока сейчас наглухо перекрыта дамбой, вся вода идет через другую, ту, что с ГЭС.

5. Центральная площадь Эммянсаари.

6. Здесь стоит странноватый памятник Суаве Нюкянену Трохкимову сыну (?), рунопевцу из деревни Бабья Губа, а по-фински Аконлахти (Akonlahti), в Карелии прямо за суомуссалминской границей. Якобы, если верить табличке, это был первый хороший рунопевец, которого Лённрот встретил в Беломорской Карелии в свою экспедицию в 1832 году. Нагуглить о нем я ничего толкового не смог. Экспедиция 1832 года была у Лённрота третьей (первая — в 1828 году, а в 1835 уже вышло первое издание «Калевалы»), так что это, конечно, не первая встреча Лённрота с рунопевцами в принципе. Некоторые из жителей Бабьей Губы перебрались в Финляндию после Войны-Продолжения 1941-1944, и их потомки и поставили этот памятник в 1999.

Деревня Бабья Губа/Аконлахти была расселена в 1958 году; ее жителей принудительно переселили в райцентр Ухта/Калевала. На финской стороне напротив Бабьей Губы была деревня Римпи (Rimpi), одна из всего трех деревень беломорских карел внутри границ Финляндии. Как и другие две, она была сожжена финскими войсками в Зимнюю войну при отступлении, вместе с традициоными карельскими домами, и после войны была отстроена в обычном типовом финском стиле. Две остальные деревни еще существуют, а вот Римпи более или менее вымерла естественным образом к 1980-м, хотя сейчас на ее месте на карте все же можно найти хутор на два круглогодично обитаемых дома.

7. Центр Эммянсаари ничем не примечателен, но для порядка сделаем несколько фото.

8. Ну вот спа-отель какой-то тут есть.

9. И театр даже.

10. И у нескольких бизнесов есть новенькие здания.

11. Автостанция зато отменно депрессивная. Регулярная автобусная связь у Эммянсаари есть только с Каяани, областным центром. До других мест (Оулу, Куусамо, Кухмо и церковное село) автобусы ходят в лучшем случае раз в день по будням.

12. Муниципальная администрация и водонапорная башня.

13. Фонари на центральной улице интересного вида. Я не сразу догадался, что они изображают фигуры человечков с наскальных рисунков Вярикаллио, до которых мы еще дойдем.

14. Свою церковь в Эммянсаари построили в 1967, чтоб не надо было людям ездить в церковное село. Церковь унылейшая, как и большинство церквей 1960-х.

15. Жилые дома.

16. ГЭС Эммя (Ämmä) находится на месте крупных порогов Эммякоски и старого железоделательного завода (от которого не осталось вообще никаких строений или иных следов), на восточной протоке Эмяйоки. Сфотографировать ГЭС снизу по течению зачастую то еще приключение, но тут как будто специально прямо смотровая площадка есть.

ГЭС построена в 1959 году; облик ее спроектирован Аарне Эрви (Aarne Ervi, 1910-1977), одним из наиболеее выдающихся послевоенных архитекторов, который также спроектировал, к примеру, значительную часть Тапиолы в Эспоо, первого в Финляндии района массового панельного домостроительства. Мощность ГЭС — скромные 16 МВт. Она построена компанией Oulujoki, которой принадлежали почти все ГЭС в долинах реки Оулуйоки и ее притока Эмяйоки; сейчас принадлежит Fortum, крупнейшей финской энергетической компании, более чем наполовину во владении государства. В целом в водной системе Оулуйоки действует множество ГЭС в основном среднего размера, мощность которых, вместе взятых, будет что-то около 700 МВт, если я правильно прикинул.

ГЭС Эммя не следует путать с ГЭС Эммякоски (Ämmäkoski), расположенной на других порогах под названием Эммякоски, на реке Каяанинйоки в центре города Каяани.

17. Железнодорожная станция Эммянсаари. Тупиковая ж/д от Контиомяки (узловой станции под Каяани) до Эммянсаари, длиной 92 км, была построена в 1955 году. В 1961 к ней добавилось ответвление на Тайвалкоски, довольно похожий на Эммянсаари поселок в одноименном муниципалитете дальше на северо-запад, но та ветка была заброшена в 2004 году. А вот участок на Эммянсаари до сих пор довольно активно используется для вывоза леса; лес — чуть ли не единственный груз, массово перевозимый внутри Финляндии (т. е. не экспорт или импорт в Россию) железными дорогами по сей день. Пассажирское движение тут существовало совсем недолго, закрыто уже в 1966.

Этот ж/д участок безнадежно устарел (легкие рельсы позволяют движение со скоростью не более 40 км/ч, сигнализации вообще никакой нет — на эту ветку попросту не запускают больше одного поезда одновременно), да и по состоянию уже на ладан дышит. Варианты (включая ликвидацию всего участка) недавно рассматривались Путевым ведомством Минтранса, и в 2020 году финское государство, в рамках пакета мер по стимулированию экономики из-за коронакризиса, таки выделило целых 81 млн. евро на реконструкцию железной дороги. На практике ее по сути перестроят с нуля — с сигнализацией и всем, что сейчас полагается. Но при этом линию все же немного укоротят, и лес будут грузить вместо Эммянсаари на станции Песиёкюля (Pesiökylä) примерно в 15 км западнее; станции Эммянсаари уже банально не хватает места, а расширять ее особо некуда из-за жилой застройки. Так что участок Песиёкюля-Эммянсаари и станцию на фото разберут в ближайшие годы. Конечно, ни о каком восстановлении пассажирского движения речи даже не ведется.

18. Выцветший паровоз-памятник рядом. Это Tk3, самая распространенная для паровозов-памятников модель. Раньше он долго стоял на станции Песиёкюля, и сюда в (чуть-чуть) более видимое место перевезен в 2013.

19. Это и правда совсем лесной край, даже по финским меркам. И вместо домов на продажу в витринах агентств недвижимости вывешивают участки леса.

20. И еще кусочек Карелии в Эммянсаари — православная часовня (по-фински так и будет tsasouna). Она построена в 1979 году местным архитектором Ханну Пююккёненом (Hannu Pyykkönen), а за прообраз взяты старые часовни так называемой Приграничной Карелии (Raja-Karjala), по сути Северо-восточного Приладожья. Приграничная Карелия — часть утраченных в войну финских территорий, и там существенная доля населения была православными карелами (правда, олонецкими, а не беломорскими). Это население было эвакуировано и расселено по Финляндии, и с тех пор в основном ассимилировалось.

21. Статуя старухи поставлена рядом в 1987 году. Это карельская плакальщица; плачи (причитания), которые исполняли на свадьбах, похоронах и других таких событиях, — еще одна карельская традиция, среди финнов не существовавшая вовсе; возможно, карелы позаимствовали ее у славян. Традицию плачей сейчас стараются сохранить как в Карелии, так и в Финляндии.

22. Ну, а теперь поедем в настоящие карельские деревни. Хотя на самом деле там не так уж и много чего есть посмотреть. Чтобы попасть в деревню Куйваярви (Kuivajärvi, фин. Сухое озеро), нужно проехать от Эммянсаари прилично на юго-восток по дороге на Кухмо, мимо поворота на музейную Раатскую дорогу и еще дальше, а затем добрых 20 км ехать по хорошей гравийке на восток. От Куйваярви до российской границы остается всего 3 км. Общественный транспорт, конечно, сюда никакой не ходит.

23. Для тех немногих туристов, которые сюда забрели, есть информационные щиты (на английском вроде тоже где-то было). Они рассказывают нам, что эти деревни появились в конце 18-начале 19 веков, когда границы, в принципе, давно уже были проведены, но на практике не существовали. До провозглашения Финляндией независимости Куйваярви и соседняя Хиетаярви имели связи по сути лишь с такими же карельскими деревнями на российской стороне (где таких деревень было намного больше); женились друг на друге и так далее. Но когда граница закрылась, волей-неволей пришлось становиться частью Финляндии и взаправду. Тем не менее, эти две деревни существуют до сих пор и до сих пор же населены в основном карелами. Менее десятка домов в обеих деревнях, вместе взятых, на карте отмечены как постоянно населенные; еще примерно столько же обозначены как дачи. Но совсем вымирать деревни тоже не собираются.

24.

25. Как я уже упоминал, деревни были сожжены в войну, и старые карельские дома были уничтожены. После войны деревни отстроили заново с более или менее типовыми финскими домами. Тем не менее, местные жители со временем все же построили несколько зданий в традиционном стиле, а именно вроде бы три. Это одно из них, «Домнина изба» (Domnan pirtti), построенная в 1964 и названная в честь Домны Хуовинен (Domna Huovinen, 1878-1963), известной в те годы местной плакальщице. Она родилась на российской стороне в деревне Вуокинсалми (Vuokinsalmi; тоже ныне уже не существует), но вышла замуж за некоего Хилиппя (Филиппа?) Хуовинена (Hilippä Huovinen) из Куйваярви, и стала жить с ним тут. Хуовинены в целом были основной династией в этих деревнях. Сейчас «Домнина изба» в частном владении, и сдается как коттедж (на 10 человек), либо как помещение для конференций и банкетов (на 50 человек).

26. Часовня св. Николая (Pyhän Nikolaoksen tsasouna), почти напротив Домниной избы — хронологически третья часовня в деревне, построена в 1957 году. Обычно она, к сожалению, заперта. За прообраз взята часовня Ягляярви (Ägläjärvi) в Корписелькя (Korpiselkä), тоже в Приграничной Карелии на утраченных территориях (так что она очень похожа на ту часовню Эммянсаари, что я показал выше, тоже в пригранично-карельском стиле). Ягляярви — часовня и вся деревня — была уничтожена в войну и не заселялась с тех пор. Иконостас часовни расписан Марттой Нейглик-Платонов (Martta Neiglick-Platonov, 1889-1964), одним из исключительно редких в те годы православных иконописцев Финляндии. (Платонов — это по мужу, сама она была финкой из Хельсинки.)

27. Куйваярви, в честь которого названа деревня, — не слишком большое озеро. Справа вдали выглядывает лесистый остров, как будто специально на этом фото попавший в тень — что вполне уместно, потому что это Калмосаари (Kalmosaari), Могильный остров, местное кладбище. Вообще изначальный могильный остров был ближе к Хиетаярви и использовался совместно населением этих двух деревень и Вуокинсалми на российской стороне. Но граница проходила прямо через него, и с 1920-х годов местным пришлось подыскать себе другой остров. Да и этот-то на самом деле больше не используется, сейчас хоронят на крошечном кладбище на берегу озера.

Местная традиция иметь постоянные кладбища на озерных островах, насколько я понимаю, не связана с финской традицией устраивать на подобных островах в отдаленных деревнях весной и осенью временные захоронения, пока покойного невозможно отвезти в церковь на настоящее кладбище из-за распутицы.

28. Памятник на берегу озера посвящен роду Хуовиненов. Среди них были и рунопевцы.

29. Хиетаярви (Hietajärvi, фин. Песчаное озеро), другая деревенька, еще меньше и еще ближе к границе — от конца дороги до линии границы по прямой всего 700 м. Граница проходит здесь через одноименное озеро, запретная зона на котором с финской стороны составляет всего около 200 м.

Информационные щиты рассказывают, что, хотя новые послевоенные дома и не особо примечательны, они все же построены на местах старых, и, как и старые, стоят, в карельской традиции, намного ближе друг к другу, чем обычно бывает в Финляндии. Честно говоря, не уверен, что сам бы обратил внимание, но на этом фото, наверное, можно увидеть.

30. Один из домов не похож на остальные; это памятный дом Юсси Хуовинена (Jussi Huovinen), последнего рунопевца Финляндии. Дом построен сравнительно недавно, в 2006 году, а за прообраз взят дом детства Хуовинена из 1920-х. Насколько я понимаю, это скорее музейная, чем жилая постройка. Наверное, если постучаться и вежливо попросить, то все покажут.

Сам последний рунопевец Финляндии Юсси Хуовинен умер в 2017 году, в возрасте 93 лет.

31. Хиетаярви, пограничное озеро. За озером справа виднеется немного вышка пограничников, правда, это все же финская. Не уверен, видно ли на этом фото российскую территорию; Россия должна быть где-то влево.

За линией границы российские земли, где когда-то были десятки таких рунопевческих деревень, сейчас полностью или почти полностью пусты. Почти все деревни были расселены в хрущевские времена за «неперспективностью», как и Бабья Губа с Вуокинсалми. Есть и положительная сторона: на российской стороне находятся две крупные охранемые природные территории, намного больше любых таких территорий в Суомуссалми; это Калевальский национальный парк (744 кв. км) севернее, и Костомукшский заповедник (476 кв. км) южнее. Природа российской Карелии во многих местах сохранилась в намного более нетронутом состоянии, чем в Финляндии — по крайней мере, насколько у меня сложилось впечатление; сам я в Карелии был очень мало, в Беломорской Карелии не был вообще, и судить могу только понаслышке. С другой стороны, в России природу не так берегут, все привыкли к ее бесконечности.

Костомукшский заповедник, вместе с рядом существенно более мелких финских охраняемых природных территорий (в основном в Кухмо, южнее Суомуссалми, но и в самом Суомуссалми немного тоже), в 1989 году были объявлены Парком Дружбы (Ystävyyden puisto), и между Финляндией и Россией в этих местах идет какое-то сотрудничество в плане охраны природы. В частности охраняется популяция дикого лесного северного оленя по обе стороны границы.

32. По муниципальной границе Кухмо и Суомуссалми даже проходит забор от оленей, хотя их обычно можно увидеть лишь в существенно более северных краях; тут на фото забор пересекает маленькая лесная дорога, и обочины дороги увешаны большими черными тряпками, отпугивающими оленей. В Кухмо существует популяция дикого лесного северного оленя, распространившаяся сюда с российской стороны в 1950-х; в самой Финляндии до того времени дикие северные олени были полностью истреблены. Со временем отсюда этих оленей искусственно расселили и в других местах страны, в частности, на Суоменсельке в Западной Финляндии. Все популяции сейчас стабильны и растут; в Западной Финляндии я и сам пару раз видел диких северных оленей, оба раза в южных и западных окрестностях озера Лаппаярви.

С другой стороны, Суомуссалми уже относится к зоне оленеводства. Это один из самых южных регионов страны, где уже практикуется разведение частично одомашненных северных оленей, которые большую часть года просто свободно себе разгуливают в природе. Я не припоминаю, чтобы сам встречал оленей в Суомуссалми, видимо, тут все-таки их еще немного (в Лапландии, как известно, северные олени встречаются массово, прямо когда на машине едешь по дорогам). Но где-то они все же должны быть, и поэтому и стоит забор: чтобы дикие олени в Кухмо не смешивались с домашними оленями в Суомуссалми.

33. Еще у этих мелких дорог можно увидеть указатели пешего маршрута Восточной границы (Itärajan retkeilyreitti), довольно малопопулярного походного маршрута длиной 160 км вдоль всего Суомуссалми, проходящего мимо Куйваярви и Раатской дороги и заканчивающегося в национальном парке Хосса.

34. Тропа проходит через несколько друих охраняемых природных территорий, но также и через множество обычных коммерческих лесов и вырубок. Здесь на севере большая часть леса принадлежит государству, о чем нам зачем-то напоминают знаки Valtion metsää — понятия не имею, зачем их ставят, абсолютно никакого значения ни для каких возможных посетителей этих мест эта информация не имеет. Государственные леса вырубаются и продаются, раз в много десятилетий, точно так же, как и леса в частном владении.

35. Но вернеемся в Эммянсаари и поедем теперь оттуда на север. Сначала проезжаем церковное село Суомуссалми, где смотреть, кроме церкви 1950 года и большого воинского кладбища, особенно нечего.

36. Второстепенные региональные дороги на северах обычно почти абсолютно пусты, ехать одно удовольствие.

37. Деревня Юнтусранта (Juntusranta), имевшая довольно существенную роль в сражениях при Суомуссалми в Зимней войне, сейчас представляет собой довольно жалкое зрелище. Магазин, заправка, школа — закрылось уже все, что можно. Ну, это, конечно, все-таки маленькая деревня, побольше Куйваярви с Хиетаярви, но все же достаточно мелкая, чтобы даже статистики по ее населению не было. Конечно, весь Суомуссалми сейчас довольно быстро теряет население. В 1980 году в муниципалитете жило 13400 человек, сейчас в 2020 осталось 7700.

38. Но сейчас мы посмотрим на крупнейшую природную достопримечательность Суомуссалми, национальный парк Хосса (Hossa, Hossan kansallispuisto). Он находится на самом севере Суомуссалми, чуть-чуть уже простираясь и на сторону Куусамо.

Хосса — по состоянию на 2020 самый новый из 40 национальных парков в Финляндии, официально учрежденный в 2017 году, в честь 100 лет независимости Финляндии. Хотя учрежден он не на пустом месте, просто повысили до национального парка ранее существовавшую национальную рекреационную территорию (retkeilyalue; это когда официальные пешие маршруты и другая туристическая инфраструктура есть, а охраняемого статуса как такового нет). Его площадь — 110 кв. км, достаточно много, чтобы можно было пойти в многодневный поход; он пригоден также для велосипедного и водного туризма. Природа тут, правда, еще не настолько захватывающая дух, как дальше на север — даже не слишком далеко в том же Куусамо (где находится знаменитый национальный парк Оуланка); в основном просто девственные леса, болота да лабиринт озер. Но есть и несколько крупных достопримечательностей, и мы посмотрим на две из них: Вярикаллио и Юлма-Элккю.

Официальная веб-страница национального парка на английском находится здесь, а официальная брошюра со схемой маршрутов — здесь.

39. Визит-центр национального парка. Ничего интересного нет, даже типичной для таких визит-центров небольшой экспозиции о местной природе. От визит-центра расходятся небольшие дороги к началу различных троп, сначала асфальтированные, потом гравийные.

Без машины до Хоссы добраться не слишком тривиально, но все же ситуация чуть лучше, чем для многих более мелких национальных парков. Отправной точкой будет поселок Куусамо (Kuusamo; находящийся уже ближе к Хоссе, чем Эммянсаари), в который ходят автобусы (даже прямые из Хельсинки), и летают самолеты из Хельсинки в его маленький аэропорт. Дальше варианты такие:

  • Один автобус в день по школьным дням (будням вне школьных каникул) ходит между Куусамо и Юнтусрантой и останавливается у кемпинга Хосса (Hossa lomakeskus), находящегося недалеко от главного входа в национальный парк и визит-центра
  • 1-2 автобуса в день тоже по школьным дням ходят из Куусамо в сторону деревни Перанка (Peranka). Из Перанки на восток идет соединительная тропа длиной 9 км к западному краю национального парка; от Перанки до визит-центра всего 38 км. Таким образом можно пройти национальный парк за несколько дней насквозь с запада на восток или наоборот, между Перанкой и кемпингом Хосса. Маршрут будет в основном идти вдоль рек и озер
  • Наконец по крайней мере летом 2020 (с конца июня до начала сентября) два автобуса в день в пн-сб ходили по маршруту Рука-Куусамо-Хосса (Рука — известный горнолыжный курорт чуть севернее Куусамо), и еще два по маршруту Куусамо-Хосса. Это, конечно, самые удобные варианты, но не факт, что такие автобусы будут пускать каждый год

40. Начнем с тропы «Кривая Вярикаллио» (Värikallion kaarros), круговой длиной 8 км. Она идет к наскальным рисункам Вярикаллио (Värikallio), что означает буквально «Цветная скала».

41. Первая половина тропы идет в основном вдоль небольшой речки Сомерйоки.

42. Начинась в месте, почему-то зовущемся Лихапюёрре (Lihapyörre), «Мясной водоворот».

43. Навес-лааву по пути.

44. Тропа забирается на довольно крутые скалы вдоль реки, но вид с них толковый не открывается из-за деревьев.

45. Нам нужно вот это озеро, под названием Сомер (Somer). Оно длинное и узкое, но вдоль него нам не нужно идти далеко.

46. На берегу Сомера построено прямо-таки царское место для привала. Отсюда до наскальных рисунков уже всего несколько сот метров.

47. Рисунки находятся на отвесном утесе у озера. Наскальные рисунки в целом рисовали на берегах озер, зачастую на таких утесах, что рисунки рассмотреть можно только с помощью лодки, или, зимой, со льда. Но раз тут такое выдающееся место, построили вот такую вот смотровую площадку на воде.

48. Ну и вот они. Лучше всего видно в центре, но красноватые фигуры можно различить по всему фото.

49. Средняя часть поближе. Лучше всего видны фигурки человечков с треугольными головами и животных (лосей).

Наскальные рисунки Вярикаллио, открытые в 1977 году — третьи крупнейшие в Финляндии (после Сараакаллио в Лаукаа в Центральной Финляндии, и Астувансалми близ города Миккели). Исследователи насчитали здесь целую 61 фигуру; на глаз столько не различить. Помимо людей и лосей некоторые фигуры похожи на медведей и ящериц или бобров; этих животных рисовали намного реже, чем людей с лосями.

Возраст рисунков Вярикаллио неизвестен. В целом различные финские наскальные рисунки, возраст которых примерно определен, датированы от 5000 до 1500 до н. э., то есть, каменным и бронзовым веком. Способов определить возраст таких рисунков на самом деле очень мало. Обычно это делается по их высоте над водой; уровень многих финских озер со временем медленно понижается из-за послеледникового подъема земной коры, и рисунки становятся все выше. Однако уровень озера Сомер за последние несколько тысяч лет не менялся, и рисунки находятся там же, где и были изначально — прямо над поверхностью воды. Теоретически радиоуглеродным методом можно попробовать определить возраст органических материалов (жир, кровь), предположительно использовавшихся как основа для охряной краски, но пока что в Финляндии никому это успешно сделать не удалось.

Всего в стране известно около 100 наскальных рисунков, в основном на юго-востоке, но также и на востоке (как здесь) или юге. Большинство рисунков маленькие, с всего одной или несколькими фигурками. Сколько рисунков уничтожены временем или еще никем не открыты — можно только гадать. Поразительно, что вообще хоть какие-то рисунки охрой, сделанные доисторическими людьми, пережили тысячелетия, осадки и эрозию, деятельность микроорганизмов, мхов, лишайников и других людей, и видны до сих пор.

Значение наскальных рисунков и причина, по которой их делали, — конечно, еще большая загадка, хотя определенные редкие намеки в виде повторяющихся на разных рисунках фигур бывают. Например, известен рисунок с нетипичными узорами, очень похожими на узоры на саамских шаманских бубнах, сделанных на несколько тысячелетий позже. Археологических раскопок на месте рисунков в Финляндии тоже как-то до сих пор особо не делали.

В Финляндии больше наскальных рисунков, чем в любой Скандинавской стране или в соседних регионах России. С другой стороны, в Финляндии полностью отсутствуют петроглифы (которые не нарисованы краской, а вырезаны в камне), хотя они есть и в Швеции, и в Норвегии, и в российской Карелии.

50. Тропа возвращается от Вярикаллио к Лихапюёрре в основном через весьма обыденный лес, только в начале можно чуть отклониться и залезть на скалу на другой стороне озера напротив Вярикаллио, в 30 м над водой.

51. Каньонное озеро Юлма-Элккю (Julma-Ölkky, Жестокий Элккю) — другая крупная достопримечательность Хоссы. Оно уже, строго говоря, находится на стороне Куусамо, а не Суомуссалми, но какая разница. Сюда нужно ехать по отдельной дороге — целых 8 км трястись по плохой гравийке.

С середины июня до конца сентября по Юлма-Элккю можно покататься на лодке с экскурсией за 17€ со взрослого — без какого-либо приложения усилий, и виды снизу из лодки будут самые лучшие. На обрывах Юлма-Элккю также есть еще одни наскальные рисунки, поменьше Вярикаллио, но их можно увидеть только из лодки. Можно и арендовать у них лодку и покататься самому. Но как обычно, легких путей мы не ищем и пойдем по тропе вокруг каньона длиной 10 км — тропе Ölökyn ähkäsy, что-то в духе «Кряхтение Элккю». Вообще Юлма-Элккю не так уж далеко от Вярикаллио (воды Юлма-Элккю сливаются с водами Сомера всего в километре ниже по течению), так что можно даже обе тропы обойти за раз, но будет уже не очень просто — 23-24 км пешком, а тропа вокруг каньона довольно крутая местами, оттого и «кряхтение».

52. Юлма-Элккю и впрямь самый настоящий каньон. Собственно озеро более 3 км длиной, а шириной в самом узком месте всего 10 м; а в целом весь каньон длиной минимум 5 км, еще и с боковым ответвлением. В Восточной и Северной Финляндии вообще на самом деле довольно много живописных каньонов, хотя в основном и не особо эпических масштабов. Можно ли назвать масштабы Юлма-Элккю эпическими — не знаю, но такой каньон точно не каждый день увидишь. Стены, почти отвесные местами, имеют высоту до 50 м. Озеро в самом глубоком месте имеет глубину 42 м, так что на самом деле каньон еще выше.

Поверхность озера, в 244 м над уровнем моря — самая высокая точка так называемой Хюрюнсалминской водной системы (Hyrynsalmen reitti), в которую дальше, много ниже по течению, входят озеро Киантаярви и река Эмяйоки, которые мы видели в Эммянсаари.

53.

54. На полпути через каньон переброшен висячий мост. Можно перейти тут и пойти обратно, вместо 10 км получится тропа на 5 км. Но, конечно, интересней пройти целиком.

55. Но виды с моста все равно надо ж посмотреть. Спуски к мосту в каньон очень крутые, для безопасности можно держаться за веревки.

56. Вид на юг.

57. И на север. Как обычно, вечером в солнечную погоду освещение красивое.

58.

59. И снова идем вокруг. С этой точки, наверное, лучший вид сверху.

60. Под конец каньона в него надо спуститься снова. Тут уже стены совсем невысокие, но все еще вполне различимые, а озеро на дне превратилось в болото.

61. Лааву в конце каньона. Тут вроде бы кто-то был у костра, отошли только.

62. Путь обратно вдоль восточной стороны каньона не так интересен; вместо края каньона на пару километров нужно отклониться в лес, чтобы обойти боковую ветвь каньона, на дне которой тоже болото и ручеек под названием Васапуро (Vasapuro, фин. ручей Олененка).

63. Ну и дальше снова по краю по вечернему солнцу и так до самого конца. И на этом у нас про Суомуссалми, пожалуй, пока все.

Опубликовано: