Предыдущая часть: Долина Селонгерсон.
Теперь из центра поднимемся на Северную гору — с нее одной материала достаточно на пост будет. Норра-Стадсбергет (Norra Stadsberget), Северная Городская гора, чаще называемая просто Норра-Бергет (Norra berget), Северная, стало быть, гора — крутой скалистый холм к северу от центра шведского Сундсвалля и района Норрмальм, высотой 166 м над уровнем моря. Гора находится совсем недалеко от центра, и хорошо видна со многих точек (на многих фото из поста про центр-Каменный Город ее видно на заднем плане).
Вся гора является природным заказником и покрыта сетью официальных и неофициальных троп и дорожек. На гору с восточной стороны проложена автодорога, а обращенная к городу южная сторона — самая крутая, и с южных утесов на город открываются самые лучшие виды. На горе находится большой музей-скансен (музей исторических сельских построек), также зовущийся Норра-Бергет, а также ресторан, смотровая вышка, хостел. Короче говоря, если в Сундсвалле выбирать из природы для посещения что-то одно, то, безусловно, стоит отправляться именно на Норра-Бергет.
1. Заречная часть города — непосредственно к северу от центра — зовется Норрмальм (Norrmalm). -malm в шведских топонимах иногда обозначает предместья; в Стокгольме, как известно, по сторонам света есть Норрмальм, Сёдермальм и Эстермальм, а в Сундсвалле, помимо них, еще и Вестермальм.
2. Норрмальм уцелел при большом пожаре 1888, однако был снесен практически полностью к 1970-м, будучи замененным современными (на тот момент) жилыми, офисными и административными многоэтажками, включая, например, нынешнюю городскую администрацию, видную на фото. Это было не особо популярное решение уже тогда, но Норрмальм это не спасло.
3. Так что смотреть здесь, к сожалению, особо нечего. По стечению обстоятельств, точно так же и в Стокгольме из "мальмов" именно Норрмальм тоже в свое время был уничтожен и превратился в современный деловой центр города.
4. Только на улицах, уже забирающихся на склоны Северной горы, сохранились деревянные виллы, впрочем, вполне возможно, и не со времен пожара, а более новые.
5. Если подниматься на гору пешком, то кратчайшим путем из центра будет вот эта лестница, начинающаяся от дороги Baldersvägen.
6. Лестница, если быть точнее, начинается рядом с искусственной пещерой в горе. Здесь находятся центры управления, техника, охраняемые сдаваемые в аренду склады, а также стрельбище охранной компании Pema Vakt; а судя по другим флажкам — компания Forcit, финский производитель взрывчатки (у них завод под Ханко), тоже хранит здесь свою продукцию. У нас в Финляндии много таких пещер под горами, но очень редко что-то подписано вообще — полагаю, в 90% случаев или убежища населения, или что-то военное.
7. Подниматься тут не особо высоко и достаточно просто.
8. И вот такой вот вид ждет нас совсем скоро.
9. Различные детали.
10. На одном месте стоит остановиться поподробнее, так как я не подходил к нему близко и видел только с гор. Эти пять толстых вышек у моря относятся к алюминиевому комбинату Kubal (Kubikenborg Aluminium; Кубикенборг — район, где он находится). Для чего конкретно они нужны, не знаю, и больше с этого ракурса от "Кубала" мало что видно, но предприятие весьма интересное. Интересное потому, что принадлежит "Русалу", компании интересного товарища по имени Олег Дерипаска.
Kubal — единственный алюминиевый комбинат Швеции. Основан в 1942, историю опустим, продан "Русалу" был в 2007. По меркам империи "Русала" не особо большой комбинат, но технологически был куда современнее российских — по крайней мере на момент продажи. Все было хорошо в травоядные докрымские годы, да и после одно время тоже, но в 2018 Дерипаска был включен в санкционные списки США за связи с Путиным. Это была весьма щекотливая ситуация, потому что "Русал" производит 6-7% алюминия в мире, и особо никто не был заинтересован в том, чтоб алюминий резко подорожал. Но для Швеции все было еще сложнее.
Под угрозой оказалось около 500 рабочих мест Kubal, что само по себе уже серьезно, конечно, но активность, которую правительство Швеции развело в спасении комбината от санкций, по-видимому объясняется и личным лобби Дерипаски. Ну и терять европейского производителя алюминия никому тоже не хотелось. Доля Дерипаски в "Русале" в итоге была снижена, и в 2019 американские санкции с Дерипаски были сняты — под давлением в первую очередь Швеции, но также и других стран ЕС и Великобритании. В Швеции не так давно про это книга вышла, как политики в свое время Kubal спасали. Ну, потом, конечно, в 2022 после полномасштабного вторжения оказался он снова под санкциями, теперь ЕС+Великобритании, особо не отвертишься.
Тем не менее Швеция сейчас не считает, что санкции мешают функционированию Kubal, так как доля Дерипаски теперь достаточно мала. Ситуация остается щекотливой, в апреле местная Центристская партия предложила национализировать завод. Не знаю, реально ли это юридически и политически. В Европе по-моему почти ничего российского пока не пытались национализировать, в Северных Странах так точно (в Германии, помню, дочку Газпрома национализировали).
Ситуация напоминает ситуацию с комбинатом "Норильского никеля" у нас в Финляндии, в поселке Харьявалта, который тоже все это время продолжает работать. Норникель — это Потанин, под санкциями США и Великобритании, но не ЕС. В Харьявалту до сих пор везут из России никелевую руду (почти единственное, что до сих пор везут из России по ж/д), а обратно вывозят побочный продукт, т. н. медный кек. И то и другое не подпадает ни под какие санкции. Все это секретом не является, про это иногда пишут, народ в соцсетях возмущается, но политики как-то не обсуждают. В апреле США и Великобритания внесли российские алюминий, медь и никель в санкционные списки, но никель из Харьявалты-то формально финский, раз выплавляют тут :)
В общем и целом выглядит все так, что от связанной с Россией цветной металлургии Европе неожиданно оказалось намного сложнее отказаться, чем от нефтегаза. Я прямо большой трагедии в этом не вижу — в плане финансирования войны это все-таки не настолько огромные потоки денег в Россию, ну и честно говоря на этом этапе я начинаю иногда думать, что, может, и не так плохо хоть какие-то экономические связи сохранять, а не строить с энтузиазмом железный занавес. Ну и если европейская промышленность сильно пострадала бы от таких санкций, то от них было бы больше вреда, чем пользы. В конечном итоге то, что в Европе осталось так мало цветной металлургии, что отдельные ее направления может монополизировать Россия, больше говорит о Европе, чем о России, к сожалению.
11. Засим мы выбираемся наверх. В стороне остается здание хостела, а дорожка к скансену идет совсем недалеко от утесов.
![](/sweden/vasternorrland/sundsvall/i/20240514-DSC_0001.1x.jpg)
Дом из деревни Рёкланд острова Альнё, конца 19 века. Хутор, с которого перенесен в дом, по легенде, единственный, пощаженный русскими в Великую Северную войну (потому что оставшаяся в нем бабка им каши наварила)
12. Первые экспонаты скансена Норра-Бергет, если заходить с этой стороны. Сама идея музеев под открытым небом, демонстрирующих традиционные постройки и образ жизни, является скандинавским изобретением, и слово "скансен", название первого такого музея, открытого в 1891 в Стокгольме, стало нарицательным во многих языках. Чрезвычайно распространены они и у нас в Финляндии — обычно весьма маленькие — ну а этот, сундсвалльский, тоже один из старейших, открыт в 1906 по инициативе профессора-ортопеда Андерса Виде (Anders Wide, 1854-1938), уроженца Сундсвалля и знакомого создателя стокгольмского Скансена Артура Хазелиуса. Ныне это самый популярный музей всего Норрланда по количеству посетителей (на 13-м месте из 25, и единственный норрландский, вообще вошедший в топ-25). Он состоит из около 40 построек. Традиционно для таких музеев посещение бесплатно и осмотреть постройки снаружи можно в любое время суток, но внутрь пускают не всегда и не во все, вроде бы.
13. Дом Бредшёстуган (Bredsjöstugan) у меня вызвал особый интерес, потому что это дом так называемых лесных финнов (skogsfinnar). Вы уже, наверное, заметили, что к этому моменту даже за границей, в соседних странах, я все сравниваю с Финляндией, воспринимаю через призму Финляндии, и особо интересуюсь всем, связанным с Финляндией :)
Лесными финнами в Швеции и Норвегии зовут финнов, иммигрировавших в эти страны в 16-17 веках, и их потомков. Это были преимущественно выходцы из Савонии (Саво), из Восточной Финляндии, и с собой они привезли подсечно-огневое земледелие, которым сама Восточная Финляндия была знаменита вплоть до начала 20 века. Поэтому их также звали svedjefinnar; svedja означает "выжигать лес". Они расселились по Средней Швеции, более всего в Вермланде — редконаселенной провинции к северу от озера Венерн и к востоку от норвежской границы; также и на норвежской стороне они заняли полосу примерно в 150 км вдоль шведской границы восточнее Осло (Норвегия принадлежала тогда Дании, но граница между Швецией и Норвегией на тот момент не была точно определена). Толчком к началу миграции в 1580-х, возможно, было объявленное герцогом Карлом Сёдерманландским, будущим королем Карлом IX, семилетнее освобождение от податей для крестьян, селящихся в Вермланде — одной из входивших в его герцогство провинций. Миграцию ускорили истощение лесов Восточной Финляндии, тяжкие подати в связи с войной с Россией в 1570-1595, последствия Дубинной войны, крестьянского мятежа 1596-1597, и голод начала 17 века. Количество изначальных мигрантов оценивается в 12 тыс.
Для финнов нашлось место именно в глухих еловых лесах, которые более мало на что годились; в то время как долины рек уже давно были заселены шведскими крестьянами. Финны, таким образом, жили географически изолированно. Их земли звали финскими лесами (finnskog) или финнмарками (finnmarker; не путать с Финнмарком, самым северным регионом континентальной Норвегии, корень finn в названии которой на самом деле относится к саамам). Существенно отличались от шведских и финские хозяйства, с курными избами, ригами и саунами.
Большинство лесных финнов не знали шведского, и отношения со шведами были нередко напряженными. Финны слыли шаманами и ведьмаками — что вполне соответствовало действительности, языческие верования оставались у них очень сильны, хоть и переплетенные с лютеранством. Шведские крестьяне постепенно начали претендовать на леса сами, да и завидно было, что подсечно-огневое земледелие, хоть и архаичное и хищническое по своей природе, дает нередко гораздо лучшие урожаи, чем их трехполье. Напрягало крестьян (и власти) и то, что некоторые финны вообще постоянного места жительства не имеют, а кочуют между разными выжигаемыми лесами — хотя для подобного вида земледелия это было традиционным явлением. Ну и для лесов стало находиться более ценное применение — выжигание древесного угля для шведских заводов. Эти факторы привели к тому, что к середине 17 в. волна миграции закончилась; подсечно-огневое земледелие в Швеции было запрещено (хотя де-факто запрет полностью не соблюдался), а равно и основание новых хозяйств в лесах. Финский язык стали запрещать, а финнов — заставлять ходить в церковь, местами буквально под страхом сожжения дома и объявления вне закона. "Бродячих финнов" стали изгонять.
Таким образом лесные финны были вынуждены начать вести тот же образ жизни, что и остальные шведы, и стали ассимилироваться и смешиваться с ними. Из многих вышли горные рабочие на тех же самых заводах, пожиравших теперь леса. Некоторые финны отправились в Новую Швецию — небольшую шведскую колонию в Северной Америке, в низовьях и устье реки Делавэр, в районе современной Филадельфии. Население колонии исчислялось несколькими сотнями, из которых финны, как лесные финны из Швеции, так и мигрировавшие напрямую из Финляндии, составляли до половины. Колония была завоевана голландцами в 1655, просуществовав всего 17 лет, но миграция из Швеции и Финляндии в нее сохранялась какое-то время и после этого, и ей мы обязаны, например, тем фактом, что Джон Мортон (1725-1777), один из подписавших Декларацию независимости, был правнуком Мартти Марттинена, мигранта из Вермланда, чьи корни уходили в Рауталампи в Финляндию.
14. Лесные финны, тем не менее, долгое время сохраняли язык и культуру; а большей части того, что мы об их языке и культуре знаем, мы обязаны Карлу Акселю Готтлунду (Carl Axel Gottlund, 1796-1875), финношведу родом из Руотсинпюхтяя под Ловиисой. Большую часть детства он провел в Юве в Савонии, где его отец работал священником; благодаря влиянию отца Готтлунд и выучил финский язык — савонский его диалект — и этот язык стал делом всей его жизни; уже в Юве он начал собирать финский фольклор. Готтлунд отправился учиться в Швецию, в Уппсалу, и в возрасте всего 21 года предпринял первую этнографическую поездку к лесным финнам в Даларну, а позже — в Вермланд; он собирал там фольклор, а по возвращению и занимался активизмом в их поддержку, даже пытался агитировать за основание автономии для них под названием Фенния — чуть вообще не прогнали из Швеции как политического смутьяна. Население лесных финнов Готтлунд тогда оценил в 50 тыс.
Готтлунду не везло и дальше в его крупных начинаниях всю его жизнь. Не снискал популярности сборник фольклора, Otava ("Медведица"), изданный им в 1828-1832 — возможно, потому, что был написан на савонском диалекте; Готтлунд крепко обиделся, когда всего несколько лет спустя финское общество взорвала "Калевала" Лённрота, а его сборник так и остался неоцененным. Он вернулся в Финляндию, сначала в Куопио, потом на пост преподавателя финского языка в Хельсинкском университе, и потом еще раз неудачно пытался бросить вызов Лённроту сборником Runola. Еще он дважды неудачно пытался издавать газету и всю оставшуюся жизнь стремился к должности профессора, но так ее и не получил (и тоже один раз вместо него взяли Лённрота!).
15. В общем, в Хельсинки Готтлунд стал немного карикатурным персонажем, но основной его заслугой осталось-таки именно изучение лесных финнов, потому что, по-видимому, кроме него вообще никто так и не успел этим озаботиться до того, как они полностью ассимилировались в 20 веке. Последние лесные финны, еще говорившие по-фински, умерли в 1960-х; одному из них, лесорубу Йоханнесу Ойнонену (Johannes Oinonen, 1874-1965) президент Финляндии Кекконен вручил орден Льва Финляндии, как знак уважения к этому народу. Сейчас уже есть организации, поддерживающие культуру лесных финнов, неофициальный флаг, музеи и фестивали. Количество потомков лесных финнов в Швеции оценивается в 1.7 млн., в Норвегии — в 0.5 млн.; среди них был Таге Эрландер, один из самых известных премьер-министров Швеции (пробыл им 23 года — рекорд для западной демократии), и нынешний принц Даниэль. В целом почти все уроженцы тех регионов в наши дни имеют немного финской крови. Также широко осталась до сих пор топонимика финского происхождения, хотя и не буквально финская.
Судьбу лесных финнов можно сравнить с судьбой тверских карел, которые были вынуждены переселяться из Приладожья на новые земли в те же времена, 17 в., тоже преимущественно не от хорошей жизни, а от гонений на православную веру со стороны Швеции. Россия тогда аналогично им дала освобождение от податей, аналогично поселились в пустовавшие местах, на Бежецком Верхе, и очень долго жили обособленно, но в конце концов ассимилировались.
16. Ну, и, возвращаясь к нашему музею — Медельпад и окрестности Сундсвалля были далеко не таким популярным регионом расселения лесных финнов, как Вермланд, но были они и тут, и дом Бредшёстуган построен семьей таких финнов из деревни Бредшён прихода Юсторп, в современном Тимро.
17. Над обрывом в районе этой группы построек стоит еще несколько памятников и памятных камней. На маленьком камне на фоне видов на город строчка из псалма "Благослови, душа моя, Господа, и не забывай всех благодеяний Его" и другая строчка из стиха архиепископа Валлина примерно такого же содержания. На соседнем памятнике сначала имена вельмож, подписавших в 1621 первые временные городские привилегии Сундсвалля (Оксеншерна, Шютте и прочие), но затем еще какие-то имена и даты, не знаю точно, что это. На третьем маленьком камне слова "Общая собственность — твоя собственность. Береги свое".
18. А вот и ресторан с вышкой. От вышки я ничего особо не ожидал — такие капитальные обычно открыты только в сезон, а то и с платой за вход бывают — и действительно, оказалась на ремонте. Ну она тут особо даже и не нужна, все и с утесов отлично видно. На вывеске ресторана Grankotten ("Шишка") подписана, по шведской традиции, высота над уровнем моря — 133 м. Гора вообще 166 м, как уже упоминалось выше, но то более пологая лесистая верхушка, где (почти наверняка) нет таких видов, как с утесов.
19. Скансен продолжается вглубь от утесов. Вот загон с козликами. Домашние животные — традиционная часть многих скансенов; здесь, правда, я видел не так много — возможно, еще не всех после зимы успели привезти.
20. Фебуд (fäbod), слово, знакомое по топонимам в том числе из шведоязычной Финляндии — отгон, отдаленное пастбище, где скот держат летом и живут при нем в небольшой хижине, в то время, как ближе к жилью только косят и заготавливают сено, чтоб кормить им скот зимой. По-норвежски это называется сетра (seter) — тоже знакомое из топонимов слово — там это горные пастбища; там зачастую, чтоб пойти в поход в горах, нужно сначала на машине заехать по возможности повыше до какой-нибудь сетры.
21. Разные дома. Как можно заметить, эти не только музейные, в некоторых кафе и магазинчики.
22. Домик таможни из порта Сундсвалля, 18 век, позже ночлежка. В начале 20 века им заведовала суровая директриса Сара Хеллстен, чья дочь, Виктория Хеллстен, кассирша из Стокгольма, стала жертвой последнего казненного в Швеции убийцы. Юхан Альфред Андер (Johan Alfred Ander, 1873-1910), официант, неудачно пытавшийся открыть отель, пьяница, уже осужденный раз за мелкие кражи, ограбил в Стокгольме контору по обмену валюты и убил безменом кассиршу. Благодаря свидетелям останавливавшегося в соседнем отеле Андера нашли без труда. Был приговорен к смертной казни, к тому времени ставшей в Швеции крайне редкой — предыдущий случай был почти десятью годами раньше. В 1907 как раз в Швеции в тюрьме Лонгхольмен установили гильотину, до этого голову отрубали вручную. Так эта гильотина ровно один раз и понадобилась; в 1920 последнего шведского палача Андерса Густава Дальмана переехал трамвай, и смертную казнь на этом решили отменить.
23. Музей ремесел и мореходства стоит среди музейных построек, но его здание само музейным не является, построено специально для экспозиции в 1944. К сожалению, он тоже был закрыт, вот сюда я хотел попасть :(
24. Бюсты первых заведующих Норра-Бергет. У капитана С. Э. Хаммарберга, по-видимому, было прозвище Homo, что звучит забавно, потому что по-фински homo буквально означает "гей".
25. Летом тут еще чем-то торгуют в ларьках, видимо.
26. Деревянная статуя сквадера. Сквадер (skvader) — загадочный зверь, заяц с крыльями и хвостом глухаря, обитающий в окрестностях Сундсвалля :) Местный чиновник Хокон Дальмарк всю жизнь клялся-божился, что встретил его на охоте в 1847, и в 1907 ему подарили картину с изображением этого зверя, которую он завещал музею. В 1918 умельцы для музея сделали чучело сквадера, которое как раз находится в том домике с музеем ремесел, потому-то я туда и хотел! Ну хоть такую статую увидел. Сквадер — явный родич таких существ, как зайцелоп или вольпертингер. Легенду о сквадере вроде бы всерьез никто никогда не воспринимал, но зато она широко известна и ассоциируется в народе с Сундсваллем, его и на герб провинции предлагали. Слово "сквадер" также укоренилось в шведском для названия автобусов, в которых за салоном был полноценный грузовой кузов — такие широко использовались в Норрланде, севернее линии Эстерсунд-Соллефтео, в 1940-70-х; на грузовой части было прежде всего удобно собирать молоко с редких ферм.
27. Ну, зато живые кролики есть.
28. Последняя группа построек, впрочем, если сюда на машине приехать или пешком/на велосипеде с востока подниматься, была бы первая. Я, конечно, все равно не охватил в этом посте прямо совсем все, например, пропустил саамские постройки в дальнем углу — ну да саамщины я за свою карьеру насмотрелся уже :)
29. Постройки в основном уже незамысловатые, но запечатлеем для истории. Ну, дальше с горы можно наконец-то спускаться и идти дальше. Последняя часть: Окраины.