logoEncyclopaedia Fennica

Beta

Памятник финским коммунистам–подпольщикам, диверсантам и перебежчикам

Назад: Сжигание кекри–козла на Суоменлинне в Финляндии

Далее: Неопределенное время года


Ситуация, когда в стране ставятся памятники людям, обвиненным в измене родине и не реабилитированным, является довольно редкой. В Финляндии чтят память войны 1941–1944 годов (несмотря на то, что среди историков, да и в обществе, признается, что Финляндия не была в этой войне белой и пушистой стороной), и я очень удивился, прочитав как–то раз в бесплатной газете про этот памятник.

Памятник был установлен в 1960–х годах на кладбище Малми в Хельсинки — самом большом кладбище всей Финляндии, где обычно хоронят незнаменитых людей. Я не успел доехать до кладбища до заката, и нужный участок и памятник на нем нашел с трудом — освещения нет и указателей к памятнику тоже, только зайцы кругом в сумерках скачут (и один белый кролик). На памятнике написано:

«Свобода народа дороже, чем жизнь индивидуума.
Противникам фашизма. 1939–1944
Памяти защитников уничтоженной в бою демократии
Памятник установлен боевыми товарищами»

Кто же эти противники фашизма и их боевые товарищи? Речь идет о финских коммунистах. После проигрыша в финской Гражданской войне бежавшими в РСФСР лидерами красных была основана в Москве 29.7.1918 Коммунистическая партия Финляндии (SKP, Suomen Kommunistinen Puolue). Она сразу же объявила курс на подготовку вооруженного переворота в Финляндии. В отличие от финских красных из Социал–демократической партии, действовавших в основном отдельно от большевиков и не покушавшихся на независимость страны, SKP изначально в значительной степени находилась под советским влиянием. В Финляндии организация была запрещена, и, хотя вела подпольную деятельность, не имела широкого влияния; о каких–либо реальных планах революции говорить не приходилось. Но ситуация обострилась с началом Зимней войны в 1939 и, затем, Войны–Продолжения в 1941, когда участники SKP стали заниматься подпольным сопротивлением.

Мартта Коскинен (Martta Koskinen, 1886–1943), первая в списке имен, была расстреляна за шпионаж в пользу СССР. Это последняя казненная в Финляндии женщина. Работавшая швеей старая финская революционерка, дважды уже судимая, успешно работала связной между подпольем SKP и советской разведкой — полиция и не подозревала, что человек с такой историей, довольно заметный даже внешне (Мартта выделялась очень высоким ростом и низким хриплым голосом — последствие скарлатины), вроде бы особо ни от кого не скрывающийся, может почти не таясь продолжать вести какую–то подрывную работу. В конце концов ее сдал попавшийся товарищ, Олави Хейма (Olavi Heima), что ему не очень помогло — лежит под этим же камнем. Отпираться Мартте смысла не имело, у нее дома нашли кучу секретных документов и карт. Президент Рюти отказал ей в помиловании. Сама она никого не сдала (что, скорее всего, спасло жизнь Юрьё Лейно — лидеру SKP), и умерла со словами «смерть Рюти, Таннеру и Маннергейму!»

Вейкко Пёюсти (Veikko Pöysti, 1909–1942) — другая более–менее известная фигура. Потомственный революционер; его отец после Гражданской войны бежал в РСФСР, но Вейкко с братьями остался в Финляндии. Почти все последние десять лет перед войной провел в тюрьмах, за организацию нелегальных переходов через границу и связи с деятелями SKP в СССР. Вышел на свободу 25.5.1941. С началом войны скрывался по поддельным документам в районе Хельсинки и стал заниматься диверсиями. Ему помогали многочисленные сообщиники и сочувствующие. В августе 1941 пытался подорвать склад боеприпасов в Питяйянмяки в Хельсинки; неудачно; двое его помощников были пойманы (одного расстреляли — Мартти Койвистойнен (Martti Koivistoinen), тоже упомянут на памятнике — другого приговорили к 7 годам), сам он ушел. В 1942 году взрывал ЛЭП в окрестностях Хельсинки, поджег одну силосную башню в Ярвенпяя, взорвал ж/д мост на линии Хювинкяя–Карккила. Возможно, это не полный список его деяний. В конце концов в декабре 1942 года он был пойман с поличным в доме в Тиккуриле. Отстреливался до последнего, убил одного и ранил троих полицейских. В конце концов то ли был застрелен, то ли покончил с собой при задержании.

Хейкки Коппалов, Юкка Сойнинен, Эркки Полоярви (Heikki Koppalov, Jukka Soininen, Erkki Polojärvi) — советские лазутчики, бежавшие из Финляндии в СССР, обученные там и в войну выброшенные с парашютом на территории Финляндии. Занимались разведкой и выяснением настроений в народе. Также полагались на помощь коммунистического подполья. Задержаны и расстреляны в 1943. Более 120 финских перебежчиков прошли в СССР такую подготовку, далеко не все их имена известны.

Про большинство остальных имен с памятника информации не сохранилось — точнее, наверняка в недрах библиотек и архивов что–то есть, но не онлайн. Привлекает, например, внимание имя «Борис Репин» (Boris Repin). Хорошо известно, что художник Репин доживал последние годы в Финляндии, на территории которой осталась его усадьба, и не испытывал особого энтузиазма от идеи вернуться в СССР. Однако у Репина не было сына по имени Борис, так что если это и родственник, то какой–то дальний.

Так или иначе, по условиям советско–финского перемирия сентября 1944, SKP и прочие коммунистические организации были немедленно легализованы в Финляндии. В парламент начали избираться кандидаты от SKP (в составе блока SKDL — Suomen Kansan Demokraattinen Liitto, Демократический союз народа Финляндии). На первых выборах SKDL получила 23% голосов. Бывший подпольный лидер SKP в Финляндии, Юрьё Лейно, тот, которого не сдала расстрелянная Мартта Коскинен, стал министром внутренних дел. Затем до 1970–х поддержка SKDL оставалась в районе 20%, и потом медленно пошла на спад. Деятельность SKP и SKDL прекратилась с падением СССР в 1990 году; современные левые партии предпочитают дистанцировать себя от них.

Одной из созданных после войны коммунистических организаций стало объединение «Труд войны и антифашизма» (Sodan ja Fasisminvastainen Työ). В него вошли большей частью коммунисты, которые в годы войны были подвергнуты так называемому превентивному заключению — лишены свободы как неблагонадежные, без выдвинутых конкретных обвинений, примерно как японцы в США. Всего таких было около 1100 человек. В 1941 из них даже попытались сформировать штрафбат — 21–й специальный батальон — но ничего хорошего из этого не вышло, они стали дезертировать и разбегаться еще по дороге на фронт. Все заключенные также были освобождены в 1944. (По современному законодательству такое превентивное заключение может использоваться только в военное положение, и не более чем на 3 мес.)

Именно это объединение и установило на кладбище Малми, где в основном и хоронили расстрелянных, памятник на заглавном фото. Это произошло в 1963 году, когда политика «финляндизации» — максимального умиротворения Финляндией СССР — уже стала привычной. Памятник был одобрен Министерством внутренних дел, но церковь долго сопротивлялась в особенности использованию слова «фашизм» в формулировке. На открытии памятника собралось несколько сотен сочувствующих, но довольно быстро он был практически забыт.

Опубликовано: